Много испытаний выпало на долю нашего народа в годы Великой Отечественной войны. А как тогда жили дети? Что помнят они о том времени, которое должно по определению быть самым лучшим для каждого? Об этом мы поговорили с нашей землячкой Людмилой Борисовной Луговской.

 

В этом году ей исполняется 88 лет, а ее детство пришлось как раз на суровые  военные годы.

 

Родилась Людочка в 1936-м в Алексине. У нее уже была сестра - старше на 8 лет.  Семья по тем временам была очень образованная. Папа Борис Константинович Игнатьев - врач фтизиатр, работал главврачом в местном санатории. Родился он, между прочим, в Симбирске. Деталь эта интересна уже тем, отвлечемся, что его отец, то есть дедушка Людмилы, учился в одном классе с Лениным в симбирской в гимназии, парты рядом стояли. Дедушку уже взрослым приглашали в школы рассказывать о таком знакомстве. Но сама Людмила деда уже не застала, она была поздний ребенок.

 

Папа Борис Константинович окончил Казанский университет  - был не просто главврач, а военврач.  Людмила Борисовна помнит, как ходил он в военной форме. Мама была домохозяйка – до поры до времени, когда война заставила ее много чего делать, чтобы заработать дочкам на еду.   

 

Но до того семья переехала в город Тарусу Калужской области. Только переехали, вспоминает Людмила  Борисовна, тут и началась война. Отца сразу же мобилизовали, уехал на следующий же день после такого  известия.

 

Примерно такой Людочку застала война

 

Людочке было 4 с половиной года. С одной стороны, что может помнить девочка в этом возрасте? Да, немного. С другой - то, что врезалось в ее память, осталось с ней навсегда.  

 

«Мы с мамой и сестрой оказались одни в незнакомом месте. Мама была молодец, не растерялась, начала приспосабливаться к жизни. Под Тарусой был детский санаторий, там и подрабатывала», - рассказывает Людмила Борисовна.

 

Она помнит, как зимой каталась на санках, когда пришли немцы.

 

«Честно скажу, ничего плохого от них мы не видели. Даже шоколадками нас, детей, угощали. Теперь я понимаю,  что это были, видно, обычные мобилизованные люди. А мы жили очень голодно все время. Помню, я маленькая говорю маме: я есть хочу, - а сестра Ира ответила, думаешь, я не хочу! Мама вся опухшая была от голода, она все кусочки хлебушка нам отдавала», - тоже помнит Людмила Борисовна.  

 

А потом, через какое-то время, немцы как-то показали, жестами что ли, что они уходят и здешним надо уходить: завтра, мол, каратели  придут и многим не поздоровится, будут вешать, расстреливать тех, у кого кто-то в армии служит. Особенно, если командирами. Мама собрала вещи на саночки, в мороз и пошли.  

 

Людмила Борисовна сейчас не может сказать, куда они вышли – ребенок есть ребенок. Но помнит, что была какая-то деревня. И, к сожалению, идеализировать то время не приходится: мама попросилась переночевать у старой женщины, а она их даже не пустила: негде, мол! Тогда мама попросила у нее воды, и та ответила, что у нее ее нет. В каком-то холодном коридоре просидели сколько-то. 

 

«Не помню, где мы еще тогда временами были, но голодали очень. Помню, мама на какой-то прилавок меня посадила, и я крошечки увидела, собирала их», - картинка врезалась в детскую память.  

 

Немцев тогда быстро погнали от Москвы и дальше, и женщина с двумя детьми вернулась в квартиру в Тарусу.

 

Немцы отошли, но разные обстрелы еще продолжались. Помнится еще эпизод: идут они с мамой по улице, вдруг над ними появился немецкий самолет, летит и стреляет.  

 

«Мама нас  подхватила, и мы побежали прятаться в подвал столовой, которая рядом была. Когда вроде утихло все, мама повела нас домой, и вдруг опять летит самолет. На бреющем полете низко-низко шел, даже летчика было видно, - продолжает Людмила Борисовна. - Мама с другими женщинами уже домой заходили в это время, а я что-то замешкалась: ребенок, что-то, вроде, нашла интересное. И вдруг из самолета начали стрелять! Мама кричит мне: «Люда, вернись, беги назад!» То есть не к ней. А я не поняла: как это -  мама там, а я должна куда-то назад вернуться. И побежала за ними всеми, и пуля просвистела прямо около меня, у левого виска! Этот свист запомнился мне на всю жизнь». 

 

Про игрушки, конечно, тогда и разговора не было. Первую куклу, тряпичную, Людмила Борисовна тоже запомнила - купили уже после войны в 9 лет. И это такая радость была!

 

«Ничего хорошего война не принесла.  Сестра, помню, училась в те годы, писала на газетах, бумаги не было. Еще помню, как  мама пешком пошла в Серпухов из Тарусы, это очень далеко (34 км по современной трассе. – Прим. авт.),  и вернулась с козой. Думаю, благодаря этой козе мы и выжили. Ходили венички для козы собирали на зиму, чтобы ее кормить. Сестра, ей было 13 лет, даже сарайчик для козы сама построила, сплела, как плетень делают», - и это помнит Людмила Борисовна.  

 

Мама работала все время, и жили они на территории здешнего санатория. Потом пришла Победа. Папа с войны вернулся в 1946 году. Ему давали разные назначения -  в Щекинский район,  потом в Алексин, был там  главным врачом в санатории.

 

Людмила Борисовна получила среднее медицинское образование и работала медсестрой. 

 

В Новомосковск она приехала, выйдя сюда замуж. У нее еще длинная история жизни,  в которой была работа на Севере, потом возвращение в наш город, были потери родных и радость от добрых событий.  Например, то, что мама ее прожила 105 лет, и была, как говорят, все время на ногах. Уверены, что генетически такое передалось и Людмиле Борисовне. Желаем ей здоровья и еще долго быть со своими родными!

 

Нина ЩЕРБАТЫХ